Это вообще самый честный индикатор. Равнодушие себя не замечает. Оно не задаёт вопросов. У него нет ощущения, что «что-то не так».
А у вас оно есть. Значит, не всё равно.
Мы замечаем, когда коллега выгорел. Замечаем по мелочам: он перестал шутить, стал отвечать «нормально» на всё, приходит раньше всех и уходит последним, и глаза уже не горят, а просто работают.
Мы это видим. Мы это фиксируем. И почти всегда говорим себе одно и то же:
— Ну, сам справится. — Это не моё дело. — Может, у него просто день плохой. — Если полезешь — будет выглядеть, как будто я лезу в чужую жизнь.
И делаем вид, что не заметили. Самое уютное решение — оно не требует ни сил, ни неловкости.
А потом мы удивляемся. Почему в команде никто ни о ком не знает ничего? Почему люди увольняются «внезапно», хотя всё было видно за полгода? Почему коллектив — это не команда, а просто смежные столы?
Потому что команда не появляется на планёрках. Она собирается из тех самых моментов, которые мы пропустили.
И самое неприятное здесь — что выход вообще не требует героизма.
Не надо решать чужие проблемы. Не надо тащить человека на терапию или давать советы. Достаточно не молчать.
Не всё равно — это не про подвиги. Это про одно сообщение в пятницу вечером:
«Как ты? Держишься?» 💬
Три слова. Пять секунд. Усилий — ноль. А человек рядом — уже не один.
Потому что самое страшное в выгорании — это даже не усталость. Это ощущение, что ты в этом один. Что никому нет дела. Что если ты сегодня сломаешься, утром поставят нового и всё пойдёт дальше.
Одно сообщение эту мысль убивает. Не лечит — убивает. Лечить будет время и отдых, а вот с «я здесь один» справляются три слова.
Так что если вам кажется, что вам всё равно — проверьте. Скорее всего, вам не всё равно. И вы просто боитесь, что неловко получится.
А у вас оно есть. Значит, не всё равно.
Мы замечаем, когда коллега выгорел. Замечаем по мелочам: он перестал шутить, стал отвечать «нормально» на всё, приходит раньше всех и уходит последним, и глаза уже не горят, а просто работают.
Мы это видим. Мы это фиксируем. И почти всегда говорим себе одно и то же:
— Ну, сам справится. — Это не моё дело. — Может, у него просто день плохой. — Если полезешь — будет выглядеть, как будто я лезу в чужую жизнь.
И делаем вид, что не заметили. Самое уютное решение — оно не требует ни сил, ни неловкости.
А потом мы удивляемся. Почему в команде никто ни о ком не знает ничего? Почему люди увольняются «внезапно», хотя всё было видно за полгода? Почему коллектив — это не команда, а просто смежные столы?
Потому что команда не появляется на планёрках. Она собирается из тех самых моментов, которые мы пропустили.
И самое неприятное здесь — что выход вообще не требует героизма.
Не надо решать чужие проблемы. Не надо тащить человека на терапию или давать советы. Достаточно не молчать.
Не всё равно — это не про подвиги. Это про одно сообщение в пятницу вечером:
«Как ты? Держишься?» 💬
Три слова. Пять секунд. Усилий — ноль. А человек рядом — уже не один.
Потому что самое страшное в выгорании — это даже не усталость. Это ощущение, что ты в этом один. Что никому нет дела. Что если ты сегодня сломаешься, утром поставят нового и всё пойдёт дальше.
Одно сообщение эту мысль убивает. Не лечит — убивает. Лечить будет время и отдых, а вот с «я здесь один» справляются три слова.
Так что если вам кажется, что вам всё равно — проверьте. Скорее всего, вам не всё равно. И вы просто боитесь, что неловко получится.